Лекция 6. Берик Абдыгалиулы. Политика памяти

Берик Абдыгалиулы, историк, политолог:

Вначале я не планировал рассказывать о той теме, которая сегодня была озвучена. Я работаю над ней вот уже два-три года, в основном в архивах Российской Федерации. Это тема об Алаш-Орде и ее войсках. В этом году будет ровно сто лет со дня ее формирования. Алашские войска состояли из 4-5 полков, бригад, но мы о них практически ничего не знаем. Этот вопрос всегда меня волновал, и когда у меня появилась возможность заняться наукой, я занялся этой темой.

В процессе изучения этого вопроса, у меня возникали вопросы, которые я хотел бы осветить в несколько другом аспекте. О них сегодня и пойдет речь.

Я поразмышляю в целом о политике памяти. Так как я работаю на стыке политологии и истории, у меня мысли и том, и об этом. И, возможно, благодаря технологии, инструментариям политологии, мы поймем кое-какие исторические процессы. Я хотел бы поговорить о таком историческом феномене, как вытеснение: вытеснение из памяти нежелательных воспоминаний, событий из прошлого. В основном они бывают добровольные и принудительные, а порой даже насильственные.

Сегодняшний сталинизм в моем понимании, это то, когда мы добровольно не хотим знать правду и не интересуемся своей историей, не хотим ее изучать. Сегодня историков и исследователей совсем немного. Казалось бы, историков выпускают ВУЗы, но большинство их них уходят преподавать в школы или в те же ВУЗы, а академических, профессиональных историков, которые бы день и ночь занимались исследованиями, у нас очень мало. Основная причина – маленькая зарплата, и поэтому они вынуждены читать лекции в трех-четырех местах, чтобы прокормить семью, а на академические исследования остается очень мало времени. Не каждый историк может себе позволить ездить по архивам, командировки никто не оплачивает. На сегодня это является большой проблемой.

Многие трагические и героические эпизоды из нашей истории вычеркнуты из памяти. Для образности, я хочу напомнить эпизод из книги Чингиза Айтматова «Буранный полустанок», где упоминается термин «манкурт». В казахской публицистике часто используют этот термин, который обозначает человека, не знающего свой родной язык и свою историю. Манкурты – это бывшие войны, попавшие в плен и ставшие рабами. То есть, это те, кто потерял связь со своим историческими и национальными корнями, забывшие о своем родстве. Это определение было особенно популярно в первые и последние годы перестройки, в годы Независимости. Ведь фактически хирургическим путем у человека отобрали всю память, и он знал только «хозяина». Для нас это не просто легенда, ведь целый народ, советский народ, в том числе и казахи, испытали это на себе.

Политика памяти особенно интересна тем, что мы все понимаем, что память, оказывается, регулируется. Наша память была сконструирована в угоду советской идеологии. Когда Советский Союз распался, компартия пала, архивы открылись, мы начали познавать и узнавать всю правду о своей истории. Очень много трагического и интересного узнали, начали вновь возрождаться забытые имена, и ими начали называть улицы, школы, районы. Для создания целостности восприятия истории, и особенно идентичности, государство пошло на ряд таких шагов.

1997 год был объявлен годом Памяти политический репрессий. То есть, целый год Правительство выделяло деньги на издание книг, исследования в архивах, создание фильмов, постоянных публикаций в газетах и на телевидении о всей жестокости советского периода сталинизма. Более того, с 2004 по 2011 год, шест лет подряд, как один из рычагов мемориальной политики, действовала государственная программа «Культурное наследное». Но до сих пор есть темы, которые нас не интересуют, хотя, должны были бы интересовать.

Одна из таких тем — партия Алаш-Орда. Государство не запрещает нам заниматься этой темой, но мы этим не занимаемся, потому что память о ней вытеснена. Почему я про это говорю? То есть, запретных тем у нас нет, есть секретные, засекреченные документы НКВД, ОГПУ, с которых до сих пор не снят гриф секретности. Но, в принципе, если кто-то хочет заниматься этими вопросами, исследователям допуск в архив получить можно.

У нас отсутствует целостное восприятие истории Казахстана, до сих пор существуют разнообразные противоречащие друг другу политизированные концепции в истории. Очень много вопросов, на которые нет однозначного ответа. Например, отношение к Советскому Союзу: кто-то считает благом то, что мы вошли в состав СССР, а кто-то считает это трагедией. Или то, что Советский Союз распался — это хорошо или плохо? До сих  пор существует разделение в обществе, нет четкого ответа. Кто-то считает Россию колонизатором, а кто-то —  нет. У нас в музеях на одном стенде висят жертва и палач, и оба висят на почетном месте.

Другая вытесненная тема – это тема Казахского ханства. С даты вступления в Советский Союз, наша история обнулилась. То есть, все, что было до 1917 года – было плохо, было неправильно. Можно было говорить только о деятелях культуры, поэтах, писателях, о тех борцах, которые боролись с феодалами, баями. Обо всем, только нарративом. А те, кто нарушал этот принцип — репрессировались. Пример – Ермухан Бекмаханов. Он написал, что Кенесары – герой и все, его репрессировали, сломали. Эту тему разрешали затрагивать только писателям — Ильясу Есенберлину, Мухтару Магауину. Этническая энергия общества искала выход.

О Казахском ханстве мы  что-то смутно знали, но никто в точности не мог назвать казахских ханов. То есть, все это вытеснялось. В позапрошлом году мы отметили юбилей 550 лет Казахского ханства и, наконец, начали об этом говорить. Даже с обретением Независимости никто долго не признавал, что Казахстан, по сути, является определенным наследником Казахского ханства.

Вот, другая тема. Казахское ханство является частью империи Чингисхана и это факт. Об этом даже спорить странно, но мы же спорим! Казахское ханство –  осколок Монгольской империи. У нас ханами могли стать только потомки Чингисхана, у нас существовал своего рода его культ. Мы об этом не говорим, но ведь это часть нашей истории.

Алаш-Орда — это фактически первая либеральная партия в начале 20го века, после февральской революции 1917. Ее основная идея – создание автономии в составе Российской империи, представление интересов казахов.

В принципе, отсутствие единой позиции, непонимание казахстанцами своей же истории приводит к различным социокультурным идентификационным ценностным конфликтам.

Поделитесь на
TwitterFacebookWhatsApp