Год с Open Mind: часть вторая

Processed with VSCOcam with f2 presetКонец декабря – время подводить итоги. Отыскивать в веренице прожитых дней жемчужины опыта, крупицы золотой пыли или просто наливные яблоки осеннего урожая. Какой урожай принес Open Mind? Чему он меня научил, чем обогатил, какие принес мысли и идеи?

Надо мечтать

Вот именно надо. Этот пункт обязательно должен быть в нашем to-do list на следующий год, неделю, новую жизнь. Обязательно мечтайте в этой новой жизни с понедельника. Громко или тихо, тайно или, обсуждая мечтания с друзьями, родственниками или домашними растениями, когда вы их поливаете. Стройте безумные планы, рисуйте яркими красками, отпускайте себя в полеты фантазий. Создавайте замки из груды камня, прокладывайте пусть воображаемые дороги к неведомому, приставляйте лестницы к самым неприступным стенам. Английский исследователь культуры Фред Инглиз сказал: «Студенты социальных наук в целом, и культурологических дисциплин в частности, должны не только изучать и понимать этот мир таким, какой он есть, но и представлять, каким бы он мог быть». То, что есть, не всегда есть то, что может быть. Но чтобы появилась сама возможность воплощения, кто-то должен это воплощение намечтать, «увидеть замок в груде камня».

Дискутировать

Порой даже спорить. Вовсе не потому, что в споре рождается истина. Зачем же? Чтобы слышать и слушать, учиться выстраивать собственную аргументацию и принимать противоположную точку зрения. Уважение к взглядам, отличным от твоих, принятие этих взглядов – не знаю точно, учит ли этому культура сама по себе или любая хорошая дискуссия, знаю только, что это нечто нам, нашему обществу очень необходимое. Ведь мы так любим быть категоричными, безоговорочно уверенными в своей правоте, непреклонно знающими. А в Open Mind нам захотелось подвергнуть вопросам это априорное знание о самых простых, житейских, каждодневных предметах и темах – кто есть женщина, что значит быть женщиной, что есть любовь, почему массовая культура не оставляет нам выбора (и что тогда есть выбор?). Мы не давали готовых ответов, мы дискутировали о предмете, разбирали по винтикам социальные конструкты – гендерные, например, слушали тех, кто возражал, и это был замечательный экзистенциальный опыт.

Давать определения

Когда-то у нас с друзьями была такая игра: Let’s define. Началось все с простого казалось бы вопроса: Дайте определение слову «нормальный». И тут-то я поняла, что не так уж это и просто. Никто не знал, что значит нормальный, где и как провести линию водораздела, от которой искать потом не-нормальное, плохое и хорошее. Про плохое и хорошее я, вообще, молчу. Об этот гранитный камень сломали челюсти или перья многие замечательные мыслители, писатели и художники. И все же, не зная наверняка границ нормальности, мы их чувствуем. Ощущаем некий свод правил и норм, следуя которым, мы останемся в рамках нормальности. Только кто их определяет и задает? И если их кто-то определяет и задает, то не могу ли и я поступить аналогичным образом, и задать их для себя? А если пойти дальше – и спросить: «Что значит свобода и ответственность? Или что значит стабильность? (мой любимый, но уже анахроничный вопрос, ибо так и не поняв, что такое стабильность, мы ее потеряли, вернее, вошли в ее логическое продолжение)».

Меняться

Open Mind экспериментировал с форматами и локациями, менял темы и формы подачи, пробовал театр кукол и музей музыкальных инструментов, бросал вопросы в аудиторию, а иногда не давал ей возможности ни о чем спросить. Мы пробовали и менялись сами. Мы хотели найти идеальную форму взаимодействия с аудиторией, мы ставили перед своими лекциями разные цели – рассказать, вовлечь, услышать разные мнения, заронить вопросы. Что-то получалось, что-то – нет. Нам есть куда расти, и всегда есть, куда расти. Но мы получали удовольствие от процесса. (Как уже написала Гюзель, я тоже иногда терялась от вопросов: «Зачем вам это надо? Кто ваш спонсор?» Может, как многие робкие влюбленные, мы не могли в этом громко признаться:«Просто нам нравится, понимаете, нравится – рассказывать истории, читать книжки, общаться с этой загадочной дамой-культурологией»)

Немецкий поэт и мыслитель Фридрих Шиллер сказал (и я люблю его цитировать): «Я есть я, пока изменяюсь, и пока я, не меняясь, остаюсь собой». Мы менялись, но мы оставались собой, ядрышко этого орешка-лектория всегда одно – вера в критическое мышление, увлеченность образованием, как областью занятий, и любовь к печенькам и вкусным книжкам.

Быть счастливыми

В новом году, во время лекций, при подготовке к лекциям (во время прогулов лекций), а лучше всего – в течение всего путешествия в пространстве и времени. Быть счастливыми, что бы это ни значило. Может быть, счастье — одно из тех редких эмпирических явлений, которым (так уж и быть) не нужно давать определений, просто – проживать. Быть счастливыми – вопреки кризису и падению тенге, благодаря книжкам, мыслям, новым открытиям, хорошим людям и оживленным дискуссиям. Или даже без них. Но лучше, все-таки, в их компании. Потому что понимать – это счастье, искать и находить ответы – это счастье, встречать на своем пути единомышленников – это счастье, и книжки, хорошие книжки – это тоже счастье.

Вот такие итоги, вот такой план на следующий год. Счастья вам еще раз! (что бы это ни значило)

Поделитесь на
TwitterFacebookWhatsApp